Правда и мифы о "царь-рыбе"

Сайт Академгородок 30 октября 2017 г.
Сайт Новости Сибирской Науки 30 октября 2017 г.

Очередная публичная лекция в Институте цитологии и генетики СО РАН была посвящена осетровым рыбам. Об их истории, настоящем состоянии и перспективах этого семейства ценных рыб в будущем рассказывала научный сотрудник ИМКБ СО РАН Мария Побединцева.

osetr1.jpg

Вероятной родиной осетровых ученые считают Каспийское море, которое в древности сообщалось с Черным морем, являясь частью древнего океана Тетис. Самые древние находки их относят к меловому периоду. В дальнейшем осетровые распространились по всему Северному полушарию, включая Америку. Классическая классификация осетровых выделяла всего два рода: осётр (Acipenser) и скафиринх (Scaphirhynchus), содержащих всего около 25 видов. Современная систематика (основанная не только на морфологических признаках, но и на данных молекулярной биологии) выделяет 4 современных рода осетровых рыб (27 видов) и ещё 4 ископаемых в 5 подсемействах. Все они или пресноводные рыбы, или проходные (живут в морской воде, но нереститься заходят в реки). В России в наши дни живет десять видов рыб семейства осетровых, наибольшее их видовое разнообразие представлено в бассейне Каспия. А на всю Сибирь, к примеру, приходится лишь два вида – стерлядь и сибирский осётр.

– Палеоэкологи связывают такое распределение с последним крупным оледенением, когда был блокирован сток всех крупных сибирских рек в Северный Ледовитый океан, - рассказала Мария Побединцева. – А большая часть осетровых является проходными рыбами, они заходили в реки только для размножения. В итоге, выжить смогли только те виды, которые сумели приспособиться к длительному существованию в пресной воде. Предки же сибирского осетра могли попасть к нам из Каспия, через систему подземных плейстоценовых озер, связывавших наши территории во время пика оледенения.

Первые упоминания о ловле осетровых встречаются еще в текстах древних греков (в частности, упоминается их засоленная икра в качестве лакомства), а археологические свидетельства данного вида промысла – специальные орудия лова, рисунки – и того старше. Во времена войн с Карфагеном осетровую икру попробовали и оценили римляне. Но позднее, вместе с падением античных империй, Европа на некоторое время забыла об осетровых. А вот люди, населявшие побережье Дуная и Черного моря, вполне успешно продолжали лов осетровых, как и население Прикаспия, Приволжья и Сибири.

В Средневековье в Европе уже формируется отношение к осетровым как к деликатесу. Так, английский король Эдуард II распорядился, чтобы все пойманные осётры доставлялись на королевскую кухню. Видимо, это было вызвано тем, что уже в те времена осетровые были редким гостем в Западной Европе.

Совсем иначе обстояли дела в России. В своей лекции Мария привела интересный факт – когда академик XVIII века Герард Миллер, исследовавший Сибирь, наблюдал за ловлей белуги на Оби, то за один день стал свидетелем поимки большего числа рыб тяжелее 500 кг, чем зафиксировано за весь ХХ век на территории всей Сибири.

osetr2.jpg

Рыбы было много, она была крупнее и соответственно – больше засаливалось икры. Поэтому мифом, по словам докладчика, является утверждение, что черная икра в России была исключительно “барской едой”. Это блюдо даже в XIX веке могли позволить себе довольно многие, включая мещан и зажиточную часть крестьянства. А вот среди элиты настоящим деликатесом считалась… щучья икра.

Вплоть до середины ХХ века черная осетровая икра не являлась настоящим дефицитом. А вот затем ситуация стала меняться совсем не в лучшую сторону. Связано это, прежде всего, с заметным сокращением популяции осетровых во всем мире. И тут трудно сказать, что влияет на этот процесс сильнее – хищнический браконьерский лов или ухудшение условий обитания, в силу загрязнения речной и морской воды человечеством. Еще немного фактов. В античных источниках утверждается, что каждая шестая белуга, пойманная в водах Дона, была длиннее четырех метров. Но в последние десятилетия встретить там хоть какую-то белугу не проще, чем увидеть чудовище в Лох-Несском озере. А в астраханском музее с гордостью демонстрируют чучело шестиметровой белуги, переданное браконьерами в выпотрошенном состоянии в конце прошлого века. Грустно думать, что это могла быть последняя столь крупная белуга на территории нашей страны.

Каким-то образом спасти положение пытаются с помощью сети рыбоводческих хозяйств, создаваемых по всему миру с прошлого века. Кстати, сегодня в большинстве стран лов осетровых либо запрещен полностью, либо крайне ограничен. И на прилавки магазинов попадает как раз продукция этих рыбоводческих предприятий. Но не стоит думать, что с их помощью удастся восстановить популяцию осетровых без серьезных проблем. Скорее, наоборот – есть ряд барьеров, которые еще только предстоит преодолеть.

Во-первых, разведение осетровых – дело небыстрое. Даже некрупные их виды (к примеру, стерлядь) достигают половой зрелости лишь через несколько лет. А крупные – белуги, осетры и т.п. – и вовсе годам к 16-18. И до этого времени им еще надо дожить.

Между тем, главные угрозы популяции – браконьерство и ухудшение экологической ситуации в местах обитания – никуда не делись. И потому шансов дожить до репродуктивного возраста у молоди за пределами садков рыбхозяйства немного.

osetr3.jpg

Бестер

Да еще, и как опасаются ученые, это далеко не всегда будут “те самые” рыбы. Дело в том, что внутри семейства осетровые демонстрируют потрясающие способности к гибридизации: любые виды осетровых успешно дают перекрестное потомство (если число хромосом этих видов совпадает). Иногда этим пользуются селекционеры, создавая новые “породы”, такие как бестер – гибрид белуги и стерляди, созданный советскими рыбоводами еще в 1950-е годы. Скрещивание происходит и спонтанно на территориях рыбоводческих хозяйств. Как отмечают ученые, нет гарантий, что эта выпущенная молодь не вытеснит со временем изначальные виды. В результате, через некоторое время биологам придется вновь переделывать классификацию семейства. И это, скорее всего, будет самым незначительным из последствий подобного вмешательства человека в эволюционный процесс. Потому пока к подобного рода экспериментам относятся с большой осторожностью. Но и задачу сохранения одного из древнейших семейств рыб на планете надо как-то решать, причем уже сейчас, не откладывая это на завтра. Поскольку очевидно, что одними запретительными методами тут не обойтись (цена килограмма икры на черном рынке делает несущественной угрозу штрафов), необходимы другие решения. Возможно, их подскажут биологи.

Наталья Тимакова